Вопрос:
Организация заключила со сторонней организацией договор аренды автомобилей для их использования сотрудниками в производственных целях. В ближайшее время планируется разместить название организации-арендатора на арендуемых транспортных средствах. В соответствии с договором аренды арендатор не вправе без письменного согласия арендодателя размещать на транспортных средствах рекламу, а также изменять лакокрасочное покрытие. Каков порядок размещения логотипа на арендованных транспортных средствах в данной ситуации? (ответ службы Правового консалтинга ГАРАНТ, апрель 2011 г.)
Ответ:Законодательство не содержит прямого запрета на размещение наименования организации на арендуемых ею транспортных средствах.
Согласно п. 1 ст. 615 ГК РФ арендатор обязан пользоваться арендованным имуществом в соответствии с условиями договора аренды, а если такие условия в договоре не определены — в соответствии с назначением имущества.
В рассматриваемом случае договор аренды запрещает арендатору размещать на транспортных средствах рекламу, а также изменять лакокрасочное покрытие автомобилей без письменного согласия арендодателя.
По нашему мнению, размещение на арендуемых транспортных средствах наименования (логотипа) организации-арендатора не является рекламой. Это связано с тем, что согласно ч. 4 ст. 20 Федерального закона от 13.03.2006 N 38-ФЗ «О рекламе» (далее — Закон о рекламе) размещение на транспортных средствах отличительных знаков, указывающих на их принадлежность каким-либо лицам, не является рекламой.
Закон о рекламе не уточняет, что следует понимать под «отличительными знаками» и «принадлежностью». На наш взгляд, содержание ст. 606 ГК РФ, в соответствии с которой имущество предоставляется арендатору во временное владение и пользование или во временное пользование, позволяет говорить о том, что арендуемое имущество принадлежит как его собственнику, так и арендатору («на праве аренды», «на праве временного владения, пользования» и т.п.). Фирменное же наименование юридического лица является одним из средств его индивидуализации и поэтому может, по нашему мнению, рассматриваться как «отличительный знак» в смысле Закона о рекламе.
Вместе с тем отметим, что этот вопрос является дискуссионным. К сожалению, единообразная правоприменительная практика его решения не сложилась.
В связи с этим, а также с учетом того, что размещение арендатором каких-либо обозначений на арендуемом транспортном средстве с учетом конкретных обстоятельств может быть квалифицировано как существенное нарушение условий договора или назначения имущества либо существенное ухудшение имущества (п. 1, 2 ч. 1 ст. 619 ГК РФ), полагаем, что во избежание возможных споров для размещения фирменного наименования на арендованных транспортных средствах арендатору целесообразно запросить письменное разрешение арендодателя.
Заключать самостоятельный договор в таком случае не требуется. Согласие арендодателя может быть зафиксировано в отдельном разрешении, выданном арендодателем, либо в дополнительном соглашении к договору аренды.
Если же на транспортном средстве размещаются какие-либо иные обозначения, обладающие признаками рекламы (п. 1, 2 ст. 3 Закона о рекламе) (например указание на характер деятельности организации, контактные телефоны, адреса и т.п.), размещение осуществляется на основании договора, заключаемого рекламодателем с собственником транспортного средства или уполномоченным им лицом либо с лицом, обладающим иным вещным правом на транспортное средство (ч. 1 ст. 20 Закона о рекламе). На наш взгляд, такой документ в данном случае может быть оформлен и как дополнительное соглашение к договору аренды.
Получать какие-либо дополнительные разрешения на размещение рекламы на транспортных средствах (как это предусмотрено в отношении наружной рекламы — ч. 9 ст. 19 Закона о рекламе) не требуется.
Ответ подготовил:
Эксперт службы Правового консалтинга ГАРАНТ
Акимочкин Дмитрий
Контроль качества ответа:
Рецензент службы Правового консалтинга ГАРАНТ
Александров Алексей
Материал подготовлен на основе индивидуальной письменной консультации, оказанной в рамках услуги Правовой консалтинг.
Еще статьи из этого раздела
- Организация в налоговом учете резервы по сомнительным долгам не создает. При создании резерва по сомнительным долгам в бухгалтерском учете в части учета расчетов с поставщиками и подрядчиками (счет 60) и расчетов с прочими дебиторами и кредиторами (счет 76) организация отражала в учете постоянные разницы. А при создании резерва по сомнительным долгам в части расчетов с покупателями и подрядчиками отражала в учете временные разницы. В связи с вступлением в силу с отчетности за 2020 год приказа Минфина России от 20.11.2018 N 236н «О внесении изменений в Положение по бухгалтерскому учету «Учет расчетов по налогу на прибыль организаций» (ПБУ 18/02), необходимо ли отражать все разницы при создании резерва по сомнительным долгам между бухгалтерским и налоговым учетом как временные? Необходимо ли перенести уже созданные резервы по сомнительным долгам в части учета расчетов с поставщиками и подрядчиками и расчетов с прочими дебиторами и кредиторами с постоянных разниц на временные?
- Как учесть пересортицу товара в бухгалтерском и налоговом учете?
- Организация планирует обратиться в суд с требованием о взыскании денежных средств, выплаченных студенту за период его обучения по целевому направлению в вузе, поскольку гражданин не исполнил принятые на себя обязательства по трудоустройству в организацию после окончания обучения. Договором между организацией и учеником была предусмотрена сумма ежемесячной надбавки к академической стипендии в размере 10 000 руб. Надбавка выплачивалась ежемесячно в течение всего периода обучения (четыре года). Организация как налоговый агент перечисляла сумму НДФЛ в размере 1 300 руб. в налоговый орган, сумму 8 700 руб. перечисляла ученику. При обращении в суд возможно заявить требование о взыскании суммы в полном размере (то есть из расчета 10 000 руб. за все четыре года) или только суммы, непосредственно полученной учеником (то есть из расчета 8 700 руб. за четыре года)?
- Между двумя ООО заключен договор подряда, заказчик передал учредителю подрядчика наличные денежные средства в счет оплаты по договору. Учредитель подрядчика не имеет доверенности последнего на представительство от его имени и не является одновременно его руководителем. В получении денежных средств учредитель выдал расписку, в которой указал, в счет какого именно обязательства им получены денежные средства. Будет ли это квалифицироваться как выполнение обязательств по договору?
- В октябре 2018 года общество (далее — Подрядчик) заключило с государственным (муниципальным) заказчиком (далее по тексту — Заказчик) договор подряда в рамках ФЗ от 05.04.2013 N 44-ФЗ. Согласно заключенному договору цена на период его действия является твердой и определяется на весь срок договора, за исключением случаев, предусмотренных Законом N 44-ФЗ. Работы по договору выполняются в 2019 году. Цена работ в договоре была указана с учетом ставки НДС 18% (в тексте договора в редакции дополнительного соглашения, подписанного сторонами в 2019 году, указаны цена договора и НДС в цифрах без указания на процентный размер ставки НДС; при арифметическом вычислении указанная цифра НДС составляет 18% от цены договора). С 01.01.19 Заказчик потребовал от Подрядчика составлять справки о стоимости по форме КС-3 таким образом, чтобы в них отдельно указывались строки: «Итого» (стоимость выполненных работ), «Сумма НДС 18%», «Работ всего с учетом НДС», «В том числе НДС 20%». То есть фактически Заказчик потребовал дважды указывать НДС при расчете стоимости выполненных работ: вначале стоимость выполненных работ за отчетный период увеличивается на размер НДС по ставке 18%, а затем от полученного значения исчисляется НДС по ставке 20%. В результате такого расчета итоговая стоимость работ по счету-фактуре и итоговая стоимость работ по справке КС-3, на основании которой выставляется счет-фактура, не совпадают. Так, например, в документах за один из периодов (2019 год) указано: — счет-фактура: в графе 9 указано 8 128 271, 88, в графе 8 — 1 354 711, 98, в графе 5 — 6 773 559, 90, в графе 4 — 6 773 559, 90, в графе 7 — 20%; — КС-3, графа стоимость выполненных работ, в том числе за отчетный период: в строке «Итого» указано 6 888 366, в строке «Сумма НДС 18%» — 1 239 905,88, в строке «Всего с учетом НДС» — 8 128 271,88, в строке «В том числе НДС 20%» — 1 354 711, 98. В апреле 2019 года заказчик предложил иной вариант заполнения итоговых строк формы КС-3 (условно твердая цена контракта — 1 180 000 руб.): Итого — 1 000 000. Итого без учета налоговой ставки 20/120 — 983 333,34. НДС 20/120 — 196 666,66. Всего — 1 180 000. К данному варианту заказчик дал следующие пояснения: — по строке «Итого» отражается стоимость выполненных работ (рассчитанная как 1 180 00 / 118 х 100); — по строке «Всего» — стоимость выполненных работ с учетом НДС; — из суммы по строке «Всего» выделяется НДС по ставке 20%; — по строке «Итого без учета налоговой ставки» 20/120 указывается сумма «Всего» за вычетом НДС 20/120 (1 180 000 — 196 666,66). Все обязательные реквизиты в счете-фактуре и КС-3 присутствуют. В 1 квартале 2019 года документы заполнялись подрядчиком по первому варианту, предложенному заказчиком, с апреля 2019 года — по второму варианту. Правомерно ли подобное составление первичных документов бухгалтерского учета и счета-фактуры? Могут ли быть обществу доначислены НДС, налог на прибыль (существуют ли налоговые риски)? Каким образом на примере периода, указанного выше, необходимо верно отразить данные по выполненным работам?

